Избавление в образе Чермного моря и Иордана

Чермное море

Мы все слишком склонны к тому, чтобы мириться с тем, что удовлетворяет нужду нашей совести и что соответствует нашим собственным ощущениям относительно того, чего заслуживают наши грехи от руки Божьей. Однако это затрагивает не только славу Божью, но также наш мир. Более того, мы должны стремиться к тому, чтобы достигать Божественного мира во всём, что даровано нам в Евангелии. Эта совершенная участь проявляется всегда во всех областях истины Божией. Я надеюсь объяснить это здесь детям Божьим, указав на то, каков должен быть известный удел всех, кто принадлежит Христу. Я хотел бы поговорить не о том, что остаётся неизвестным христианину, но обсудить общий удел всех истинных христиан. Я намерен говорить не обо всём, что по благодати принадлежит нам с самого начала нашего пути, но только о части наших благословений, которые Бог даровал нам в избавлении через смерть и воскресение Господа Иисуса Христа.

Христиане склонны довольствоваться тем, что они разбужены, что они ощущают свои грехи и обрели благословенное убежище и источник помощи в крови Христа. Всё это в полном порядке. Кто посмеет умалить осознание драгоценности крови Христовой? Если мы ещё больше углубимся в наш удел, то значение крови Христовой для нас станет ещё больше.

В общем, верующие удовлетворяются тем, что в Новом Завете соответствует образу Пасхи. Всякая, оживотворенная Святым Духом, душа имела бы лишь малую надежду в отношении своих грехов, если бы не было крови Господа Иисуса. Как мы знаем, на неё указывали в Египте закланный пасхальный агнец и кровь, которой окропили косяки дверей. Ясно, что все дети Божьи рано или поздно должны были найти своё убежище за окропленными кровью дверьми. Только там они в безопасности от суда. Но они склонны довольствоваться меньшим, чем то, что дал Бог. В действительности кровь пасхального агнца, — это не всё, что дал нам Бог, тем более, в отношении исходной точки пути христианина.

Если мы будем исходить из духовных событий, то дети Израиля, даже после того, как кровь окропила двери, ещё не были спасены из Египта. Существовала ещё одна потребность в другом деянии Бога (однако оно было следствием первого), хотя и представляла собой совершенно иной образ действия благодати. Это было необходимо, чтобы разъяснить освобождение, которое Христос фактически совершил для верующих. Только истина о смерти и воскресении Христа даёт верующим всю меру того благословения, которое Христос стяжал для них. Так было и в описанных здесь обстоятельствах, когда потребовалось Чермное море, чтобы освободить израильтян от рабства.

Этому учит и Новый Завет. Возьмём, к примеру, первое послание Петра. Там мы читаем, что мы искуплены «не тленным серебром или золотом... от суетной жизни, ... но драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого Агнца». Но это не всё. Дух Божий также показывает нам, что мы через Него веруем в Бога, Который воскресил Его из мертвых и дал Ему славу, во что мы веруем и ради чего мы уповаем на Бога. В этом для нас Чермное море. Смерть и воскресение Господа Иисуса — ветхозаветный образ прохождения народа через Чермное море — были необходимы для того, чтобы совершить избавление, которое Бог хотел осуществить через кровь агнца.

То же самое мы находим и в послании к Римлянам. В главе 3 мы имеем кровь Иисуса, в главе 4 — Его смерть и Его воскресение. Последнее символизировано в Чермном море, первое — в Пасхе. В главе 3 мы видим, что Господь Иисус пролил Свою кровь, а в главе 4 Он воскресает ради нашего оправдания. Далее, в начале главы 5, мы читаем: «Итак, оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа». Святой Дух не говорит, что мы имеем мир, пока кровь и результаты смерти и воскресения Христа не окажут своего воздействия на наши сердца. Вместе с тем я никоим образом не отрицаю, что душа может быть исполнена большей радостью, даже не обладая этим познанием. Привлекающая к себе благодать Христова постоянно побеждает души и побуждает их радоваться перед Богом. Но радость и мир — это две совершенно разные вещи.

Без осознания того, что всё, что против меня, осуждается Богом, я не могу иметь прочного мира. Бог желает, чтобы я видел, что я совершил, и чувствовал, чем я являюсь. Да, Он желает вызвать в моём сердце подобающее отношение ко греху вообще, а не только к моим грехам — чтобы я осудил как то, что я совершил, так и то чем я являюсь. Можешь ли ты перед лицом всего этого иметь совершенный мир? Что ещё может дать тебе его, кроме крови Христовой? Без этой драгоценной крови не было бы никакого мира. Но кровь Христова, какой бы бесценной она ни была, еще не даёт нам полной меры того благословения, в которое приведена наша душа, и это зиждется лишь на той основе, на которой мы можем предстать пред Богом. Несомненно, Он сотворил мир через кровь Его Христа. Но Он приводит меня к наслаждению этим миром, показывая мне, что Он воскрес из мертвых ради нашего оправдания, и более того, показывая нам, кто мы сами. Мы умерли для греха, но живем для Бога через Иисуса Христа, нашего Господа. Это подробно изложено в послании к Римлянам. Поэтому я должен задержаться ненадолго на этом послании.

Прежде всего апостол подчеркивает нашу вину перед Богом, наши фактические грехи. После того он поднимает другой вопрос, который так часто вводит верующих в смущение. Я получил прощение и могу быть счастливым в своём избавлении. Я могу взирать на Бога с осознанием того, что я с Ним примирился. Однако остаётся ещё нечто такое, что меня шокирует, — я обнаруживаю, что, несмотря на всё, я по-прежнему надменен, неразумен, привержен плоти и своеволен, постоянно склонен к тому, чтобы отклоняться от Него. Всё это поражает меня ещё больше, чем то, что Бог явил мне такую преизобильную благодать. Но разве нет ничего, что могло бы мне помочь? Каким образом воздействует Бог на осознание зла в нас, чтобы мы ещё глубже почувствовали его, когда мы приведены к Богу? Должны ли мы сами утешаться только мыслями о любви Христовой или о том, что Он пролил Свою кровь? Нет, так как есть нечто большее. Поэтому апостол Павел более подробно рассматривает эту тему в главах 6, 7 и 8 в послании к Римлянам.

В главе 6 речь идет о грехе и о нашем пребывании в грехе. Теперь Павел показывает, что всё это уже полностью осуждено и что Бог устранил этот вопрос тем благословением, в которое Он нас ввёл. Я не только должен быть последовательным или иметь побудительную причину в любви или в крови Христовой — нет, это ещё не всё. Павел говорит: «Мы умерли для греха: как же нам жить в нём»? Таким образом, здесь не сказано: «Мы, которые теперь живём» или «Мы, которые приведены к вере во Христа, как можем мы жить во грехе»? Нет, здесь совсем другая мысль. Не потому, что мы омылись в Его крови, но потому, что мы умерли для греха, мы не должны жить в нём.

В этом мире есть много душ, которые стараются умертвить себя для греха, и, возможно, христианам удаётся добиться чего-то в таких упражнениях. До их обращения к Богу они не задумывались о своём грехе, но то, что они, после того как были приведены к Нему, ощутили в себе действие греха, очень тревожит их. Этого Бог не устраняет, хотя Он вновь и вновь побуждает их взирать на крест и указывает им на пролитую за них кровь Христа. Кровь Христа смывает грехи, но не устраняет вопроса о грехе, который по-прежнему действует в верующим, после того, как он приведён к Богу. Что же здесь поможет? Ты умер для греха, умер со Христом. И ты должен это знать и поступать соответствующим образом.

Многие этого не знают. Для них это неизмеримая потеря, так как результатом их незнания является то, что они пытаются умертвить себя для греха вместо того, чтобы верить, что они мертвы для него. Это уничтожает все законнические усилия, которые предпринимает сам верующий и многие другие. Незнание этой истины приводило к возникновению монастырей и подобных учреждений, как раньше, так и сегодня. Но то же самое обнаруживается и среди протестантов. При этом я не думаю, что они используют те же самые методы, но их стремление имеет ту же самую цель. Это привело также к образованию всех мистических и пиетистских школ. Такое состояние будет иметь место до тех пор, пока они не постигнут ту великую истину, что христианин умер со Христом.

Разве вы не помните о вашем крещении? — говорит Павел в Рим.6. Разве вы не знаете, что Бог дал вам с самого начала вашего хождения? Разве вы не знаете, что означает это первое действие? Естественно, знак, как таковой, не может дать благословения. Итак, крещение водой не является образом пролитой крови Христовой, поэтому во главе 3 мы не слышим ничего об этом. В ней рассматривается главным образом пролитие крови. В ней представлено, что мы умерли для греха, а не только то, что Христос умер за наши грехи. Короче говоря, крещение символизируется Чермным морем, а не Пасхой. Это значит, как показывает нам данная глава, что смерть Христа применена к моей природе, к моему состоянию, которое так часто является камнем преткновения для детей Божьих и поводом для их тревог. Сатана очень хорошо знает, как он может использовать эту природу, чтобы с одной стороны возбудить сомнения, а с другой стороны привести к легкомысленности.

Истинное христианство отвергает и то и другое. Оно отбрасывает сомнения и избавляет от легкомысленности. Оно состоит в применении того, что Бог совершил в Господе Иисусе, ко всему в нас — не только к нашим грехам, но также к нашему греху, этому корню зла в нас. Так же, как Бог сказал мне, что кровь очистила мои грехи, так же Он позволяет мне видеть, что я умер для греха. Если бы Он не даровал мне этого, то я бы равным образом погиб. Это было истинно с самого начала, и в последствии Писание утверждает этот великий факт уже в крещении христианина: «Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились?» Таково значение крещения. Оно не является знаком того, что кто-то получил жизнь, но оно символизирует смерть данного человека. Оно приводит верующего со Христом в это состояние смерти. Оно является внешним знаком того, что, если я вообще обрел Христа, то это Христос, который умер и воскрес. Если кто-то крестится, то «в смерть Его».

В этом состоит безмерное утешение. «Все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились. Итак, мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мёртвых славою Отца, так и нам ходить в обновлённой жизни; ибо если мы соединены с Ним подобием смерти Его, то должны быть соединены и подобием воскресения». Мы придерживаемся этих взглядов, так как знаем, «что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху». Почему? «Ибо умерший освободился от греха» (или, как сказано в примечании, «оправдан»). Речь идёт не об оправдании от грехов, но об оправдании от греха. Это означает, что ты в действии крещения признаёшь, что ты выведен из своего прежнего состояния, из той смерти, в которой ты пребывал как греховное дитя Адама. «Ибо умерший оправдан от греха».

Затем мы видим последствия этого для настоящего. «Так и вы почитайте себя мёртвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем». За этим следует практика: «Итак, да не царствует грех в смертном вашем теле». Это значит, как следует предположить, что грех ещё существует, но он не должен царствовать. Основание для этого состоит в том, что я умер для греха. Это так для каждого христианина, для которого его крещение является великой реальностью.

Речь также не идёт о том, чтобы пытаться улучшить себя или почувствовать то или это, но лишь о том, чтобы верить, что совершил для меня Бог в смерти Господа Иисуса Христа. Если мы теперь посмотрим на Чермное море, то сможем понять, как соответствует этому данный образ. После Пасхи дети Израилевы претерпели величайшую скорбь. Всё, что они испытали в Египте, было ничтожным по сравнению с тем, что выпало им теперь. После того, как кровь пасхального агнца окропила их двери, они оставили эту страну, но теперь они попали в такое тяжелое положение, что видели пред собой лишь смерть. Еще никогда, что касается их чувств, они не стояли так близко к смерти, как теперь. Со всех сторон их окружали непреодолимые препятствия. Позади них был повелитель их врагов, а перед ними — верная смерть. Но то, что казалось им лишь водою смерти, было именно тем, что Бог хотел сделать путём жизни. По слову Божьему Моисей поднял свой посох — тот самый посох Божий, который навлёк суд на египтян, так часто поражавший их. Этот посох он поднял над морем, и тотчас же воды смерти по обеим сторонам раздвинулись как стены, так что дети Израилевы смогли безопасно пройти через них, — тем более, что теперь проявилось то, что Бог за них.

В пасхальную ночь ещё было не так. Несомненно, Бог не позволил истребителю прикоснуться к ним. Но кровь агнца уберегала их только от того, чтобы Бог не был против них, вместо того, чтобы показать им, что он за них. Во время Пасхи ещё нельзя было сказать, что Бог за них. Тогда ещё не было общения. Между Богом и израильтянами стояла кровь. Если это было именно так, то как могла тогда душа пребывать в покое и мире перед Богом? Я хотел бы быть в состоянии воззреть на лик моего Бога. Я желаю, чтобы Он был со мной, чтобы я мог упокоиться в Его присутствии. Одно только сознание того, что между мной и Богом что-то стоит, никогда не может и не должно дать мне твёрдое утешение перед Богом. Соответственно, последующие события показали, в какое состояние впали дети Израилевы, — в состояние страха, ощущения опасности, они теперь знали Его хуже, чем когда-либо.

Зачастую так обстоит дело и с христианами. После того, как душа была приведена ко Христу, она часто входит в более глубокие воды и ещё больше осознаёт собственную греховность, чем раньше. Это ощущение греха, после того, как мы воззрели на Христа, бывает намного острее и глубже, чем в то время, когда мы впервые нашли в Нём своё убежище. Но есть теперь путь жизни через смерть. Бог был за них, но это ещё не всё — Он был против египтян. Когда израильтяне прошли через Чермное море, оно покрыло их врагов, так что все они нашли там свою смерть. Теперь Израиль был освобождён, и это замечательно, так как Бог здесь в первый раз раскрывает избавление. Не только в ночь пасхального агнца, но также после перехода через море Он говорит об избавлении. Избавление содержит в себе нечто большее, чем безопасность перед судом. Избавление означает полное освобождение от всех наших врагов — то, что мы выведены из дома рабства и предстали свободными и чистыми перед Богом, чтобы быть теперь Его народом в мире. Слово «избавление» появляется впервые тогда, когда Бог вывел Израиль из Египта в пустыню, когда их враги были полностью осуждены и они были избавлены таким образом, что больше никогда не должны были проходить через подобный ужас.

Так ли обстоит дело с христианином? Да, конечно. О чём же шла речь в этом случае? Здесь речь шла о том, что князь мира сего пытался обратить праведный суд Божий против Его собственного народа, что князь мира сего пытался удержать народ Божий на основании его грехов. Бог же явил совершенный суд над их врагами — устранение всех обвинений, которые были выдвинуты против народа Божьего. Сам Бог вмешался в их дело и заступился за них, так что они больше никогда уже не должны были возвращаться в дом рабства.

У Чермного моря посох суда был поднят над водами — это был посох, который поразил египтян всеми казнями. Так же и в послании к Римлянам. Там всегда речь идёт о праведности. Там говорится о том, что праведность была обращена против народа Божьего, но пришёл Христос и через смерть и воскресение полностью вывел его. Теперь больше нет суда. Вследствие того, что Христос претерпел суд, мы видим, что наш грех, как и наши грехи, полностью устранены. Поэтому Рим.6 — это первое место, где говорится о грехе в нашем хождении. Обсуждая этот вопрос, апостол показывает, что мы умерли для греха и что дар благодати Божьей теперь является вечной жизнью. Грех не может коснуться верующего, так как он умер для него.

Следующим вопросом идёт закон. Также и он, как показывает Павел, не может ничего причинить верующему, а именно на том основании что он «умер для закона». Так написано в главе 7: «Так и вы, братия мои, умерли для закона телом Христовым». Это не нечто новое, но лишь применение уже раскрытой ранее истины о законе, даже когда речь идет об иудее. Смерть Христова применяется как ко греху, так и к закону. Это дает верующему свободу. Теперь мы стали принадлежать «другому, Воскресшему из мёртвых». Для верующих так же неправильно подчиняться закону, как для женщины неправильно в одно и то же время иметь двух мужей. Мы умерли для закона, чтобы принадлежать другому.

В главе 8 мы видим это очень ясно. «Итак, нет ныне никакого осуждения тем, которые во Христе Иисусе». Павел объясняет это двояким образом. Как может кто-то осудить их? «Потому что закон Духа жизни во Христе Иисусе освободил меня от закона греха и смерти». Как может кто-либо осудить то, что является совершенно хорошим, что Бог дал мне через Духа жизни во Христе? Но есть ещё одна причина. Бог уже осудил грех. Эта причина заключается также в характере новой жизни, так как Бог никогда не осудит хорошее. Но Бог уже осудил порочную жизнь: «Как закон, ослабленный плотию, был бессилен, то Бог послал Сына Своего в подобие плоти греховной в жертву за грех и осудил грех во плоти». Он уже осудил мою природу. При этом речь идёт не о прощении. Я бы не хотел, чтобы моя природа была прощена. Я сам её никогда не прощаю.

Есть великое утешение в том, что Бог рассчитался с грехом во плоти в Господе Иисусе. Недостаточно было того, что Христос через Свою собственную чистоту осудил грех во плоти, так как это сделало бы меня ещё хуже, чем я был прежде. Но после того, как Христос показал мне в Своей жизни образ совершенной чистоты, Он стал жертвой за грех, и тогда Бог осудил грех во плоти — ту природу, которая лишает меня покоя. Так как Бог также и мне дал новую природу в воскресшем из мертвых Христе, осудив мою ветхую природу, то очевидно, что больше нет осуждения тем, которые во Христе Иисусе. Мы во всех отношениях видим, что для тех, кто во Христе Иисусе, больше нет никакого осуждения. Последствия и результат этого состоят в том, что мы ходим по духу. Чем более я освобожден, тем счастливее моё сердце, и тем больше я укрепляюсь в этом хождении по духу.

Хотя верующий, как кто-то заметил, полностью вышел из этого состояния осуждения, из этого порочного состояния, в котором он находился, тем не менее он всё ещё находится в пустыне. И это тем более так, поскольку он, как бы ни был он счастлив в Рим.8, стенает в надежде избавления. Он всё ещё находится в пустыне, и это, опять же, тем более так, что Святой Дух придаёт силу этим стенаниям. Таким образом, полностью справедлива аналогия между христианином и израильтянами, которые выведены из Египта, чтобы больше никогда уже туда не вернуться.

После того, как израильтяне были выведены из Египта, они воспели песнь победы. В Египте они не пели. Но здесь, на другом берегу Чермного моря, мы слышим их пение. И всё же они по-прежнему скитались по пустыням, всё ещё находясь на пути к покою Божьему. Они с трудом продвигались через испытания, в которых они терпели крах, когда не доверяли Богу. В отношении христиан я говорю об этом, естественно, не в смысле вечной жизни, но с точки зрения их практического опыта. Пустыня — это то место, где умирает плоть и где все зиждется на простой зависимости от любви Бога.

Иордан (кн. Иисус Навин гл. 3-4)

Очевидно, что образ Иордана имеет такой же характер, как и образ Чермного моря. При этом мне не нужно предупреждать, что оба образа представляют то, что благодать даровала верующему. У Иордана мы не видим ничего подобного посоху. Это совершенно иной символ. К Иордану была принесена священниками скрижаль завета Иеговы, и в тот самый момент, когда ноги священников коснулись воды, вода с одной стороны иссякла, а с другой стала стеною, так что дети израилевы прошли не замочив ноги, в то время как ковчег оставался посреди Иордана. После того, как всё было сделано, мы обращаемся к другому замечательному моменту. Теперь мы имеем лишь напоминание — это не убитый египтянин, так как речь больше не идёт о суде. Движущим мотивом здесь не является ни оправдание народа Божьего с одной стороны, ни суд над врагами с другой. Это был великий вопрос у Чермного моря. У Иордана же на первый план выступает намерение Бога ввести Его народ в Его собственную землю. Поэтому данный образ представляет нам Божественную Личность, которая вошла в воды смерти и только там остановила эти «бурные воды» (Пс.124,5), пока народ не прошёл.

Каким же образом это касается Христа? На это я отвечаю: Иордан находит свой прототип не в послании к Римлянам, но в послании к Ефесянам. В послании к Ефесянам вопрос об оправдании не выдвигается. Исследуйте это послание вдоль и поперёк, и вы не найдёте в нём упоминания о праведности Божьей. Когда Бог совершает великое дело, которое Он замыслил в Своем сердце (даже прежде, чем появился мир, который был испорчен грехом), когда Он хочет, чтобы Его народ имел с Ним общение, обладая той природой, которая для этого пригодна, природой, которая может быть умиротворена только на небесах, которая радуется Его помыслам и Его любви, — когда Бог позаботился о том, чтобы иметь такой народ, причём в самых близких отношениях с Ним, в качестве Его детей в Его присутствии, как может идти речь о праведности? Очевидно, что Богу нет необходимости оправдывать такое деяние, как это. Если кто-то совершил какое-либо зло или если мы помыслили о безбожном, то мы можем понять, что нам будет сказано об оправдании. Это бесконечная благодать, что Бог следует Своим собственным благословенным путём, оправдывая безбожных. Но нет ни малейшего указания на оправдание того, что полностью соответствует Богу.

В послании к Ефесянам мы ни в одном месте не находим рассуждений об оправдании. Это не значит, что апостол не исследует то состояние, в которое впали те, которые являются предметом благодати Божьей. Вторая глава этого послания изображает страшное состояние тех, которые были приведены в эти отношения столь же явно, как в Рим.З. Но в послании к Римлянам их грехи показаны более всеобъемлюще и они более разъяснены для их совести. Полностью показаны все их злые пути, и все же Бог оправдывает. Там мы видим также их порочное состояние, и всё же Бог выводит их из этого состояния и даёт им новое положение. Однако в послании к Ефесянам представлена другая точка зрения. Первая мысль, на которой останавливается апостол, — это замысел Божий.

Таким образом, оправдывает праведность Божья, а не Его благодать, — так в послании к Римлянам. Мы знаем, что царь, когда он кого-то хочет простить, может полностью оправдать виновного человека. Я не утверждаю, что для мира это было бы полезно, тем более, что человек в состоянии правильно воспользоваться такой привилегией, как благодать Божья. Однако остаётся истинным то, что оправдывает не только благодать, но и праведность, и только тот, кто верует, познАет свою недостойность и ощущает свои грехи примерно так, как ощущает их Бог.

Однако в послании к Ефесянам появляется и нечто другое. Бог составляет план, исходя из Самого Себя и для Самого Себя. Бог радуется Своему собственному замыслу. Он не желает быть один в небесах, но Он хочет окружить Себя совершенно счастливыми людьми. Он хотел бы дать им нечто такое, что даст им возможность соответствовать Его собственным помыслам и путям, а впоследствии приведёт их в соответствующие отношения с Собой. Это делает Он Сам. Но каково состояние тех, которых принимает Его благодать? Они мертвы во грехах и прегрешениях. Потому так удивителен тот факт, что здесь ни слова не говорится об оправдании. Но Христос сошёл в смерть, в которой они пребывают, так сказать, поставил Себя в их положение, — и это единственный способ, каким представлено данное состояние в послании к Ефесянам. Он сошёл туда в благодати, и Бог воскресил Его и посадил Его одесную Себя в небесах. У Иордана говорится не о том, чтобы освободить народ из рабства, но о том, чтобы ввести его в землю, в небесные места во Христе.

Разве ты считаешь, что это имеет отношение к нашей смерти? Когда израильтяне пересекли Иордан, они пришли на поле битвы. И теперь я спрашиваю: разве мы, когда мы умрём и взойдём на небеса, должны будем там сражаться? Нет. Если бы это было так, то было бы неправильно видеть в этом нашу смерть и возвращение домой. Переход через Иордана в большей степени указывает на то, что верующий приведён в «небесные места», что он там сражался и одержал победу. Таково значение этого образа. Но как может быть христианин приведён в небесные места, находясь ещё здесь на земле? Именно это разъясняет послание к Ефесянам.

Вы видите, как отличается это от перехода через Чермное море. Точно так же отличается учение послания к Ефесянам от учения послания к Римлянам. Такова причина, по которой в послании к Ефесянам говорится о «небесных местах». «Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, благословивший нас во Христе всяким духовным благословением в небесах». Всё это истинно для верующего уже теперь. Естественно, мы не оставим это место благословения, когда мы действительно взойдём на небеса, но Павел настаивает на том, что Бог уже теперь таким образом и там во Христе благословил нас.

Конец первой главы показывает нам, что Бог воскресил Христа из мертвых и посадил Его в небесах, а начало второй главы показывает, что Бог, делая это, заложил основу для того, чтобы могли предстать перед Ним в том же самом положении: «Бог, богатый милостью, по Своей великой любви, которою возлюбил нас, и нас, мёртвых по преступлениям оживотворил со Христом... и воскресил с Ним, и посадил на небесах во Христе Иисусе». Таким образом, мы уже пересекли Иордан. Нам не нужно заново переходить его, но мы уже теперь находимся по ту его сторону.

Разве Сам Христос пребывает в «небесных местах»? Разве я уже теперь соединился со Христом, или же я соединюсь с Ним только тогда, когда умру? Разве я теперь в том же самом положении перед Богом, воскресший со Христом и, таким образом, посаженный в «небесах со Христом Иисусом»? Совершенно очевидно, что учение послания к Ефесянам утверждает, что мы находимся именно в таком положении. Известно, что учение большинства христиан утверждает, что мы попадём туда только тогда, когда умрём.

Итак, почему же эта истина не принимается в расчёт? Причина такова: невозможно быть процветающим земным человеком, занятым теми вещами, которыми поглощены люди на земле, и одновременно небесным человеком. Однако плотское сердце хотело бы извлечь лучшее из этого мира, а также из небес. Истина же, напротив, состоит в том, что я, как христианин, уже теперь должен пересечь Иордан, я пересек его во Христе, если я христианин. Таким образом, вы видите, что я хочу указать вам не на то, что вы должны сделать, но я хочу разъяснить, что Бог сделал для вас, поскольку вы христиане. Как хорошо, что христианство не предлагает нечто такое, чего я должен достичь, чтобы спастись, что оно больше является откровением того, что Бог уже дал мне во Христе!

Бог даёт тебе и мне, если мы веруем, избавление, которое настолько всеобъемлюще, что оно включает не только наш переход через Чермное море, благодаря чему мы стали странниками и скитальцами, но также тот факт, что мы переведены через Иордан в небесные места и там благословлены всяким духовным благословением. Возможно, ты скажешь: это мистицизм. Никоим образом; это как раз отрицание мистицизма. Взор направлен именно на Христа и дело Божье во Христе, в то время как мистицизм занимает сердце его собственными ощущениями относительно Него. Если Христос является моей жизнью и если Он пребывает в небесных местах, то очевидно, что я через Духа Божьего, который обитает во мне, будучи посланным этим Христом, пребываю в божественной связи с Ним там на небесах. Поэтому Бог говорит о нас в соответствии с тем, что истинно о Христе. Это означает: так как Христос на небесах, так как Он является жизнью верующего, а Святой Дух является силой этой жизни, то о нас говорится соответственно тому месту, которого достиг Христос.

Ключевым моментом при переходе через Чермное море является то, откуда выводит нас Христос, а при переходе через Иордан — то, куда Он нас вводит. Совершенно ясно, что Бог в этом образе представляет нам ту благословенную истину, что в то время как Христос достиг того места, где Бог хотел бы видеть христиан, Бог, в соответствии с Ним, образует для нас ту сферу, которая должна быть нашей истинной родиной. Наша собственная родина — это не этот мир, даже в состоянии тысячелетнего царства. Наши упования сосредоточены не на каком-либо изменении, которое может иметь место в этом мире, но на «Отчем доме», где обитает Христос. Бог желает, чтобы мы были там, где Он. Христос не только придёт опять и вновь и вновь благословит нас, как Израиль, там, где мы находимся, но приведёт нас туда, где Он. Этого мы ожидаем, но до тех пор мы рассматриваемся как те, кто уже соединён с Ним в небесах.

Вместе с тем я не хочу сказать, что мы можем обойтись без послания к Римлянам. Христианин, который настолько исполнился истины послания к Ефесянам, что он думает обойтись без послания к Римлянам (и, я хотел бы добавить, послания к Евреям), находится на опасной почве. Но и тот, кто, напротив, думает, что он не нуждается в послании к Ефесянам, противостоит Богу и славе Его благодати. Если Он дал нам во Христе полную чашу благословения, то мудрость для нас заключается в том, чтобы попытаться понять, каков наш удел. Великое практическое дело христианина заключается в том, чтобы жить соответственно тому месту, в которое он поставлен Богом.

Когда Бог вывел меня из дома рабства, тогда Он посадил меня в небесных местах во Христе. При этом речь идёт не о том, что я вижу или чувствую. Естественно, мы должны уметь ценить то, чем мы стали, но для этого мы должны по меньшей мере верить. Если мы полностью постигли избавление из Египта, то мы видим в прообразе, отчего мы избавлены. Если же мы примем во внимание, что наш удел находится в небесных местах, то сможем ли мы поступать иначе, чем хвалить Того, Кто нас так благословил?

Первое послание к Коринфянам, хотя оно далеко не так содержательно, как послание к Римлянам, представляет нам принцип этой истины: «Каков небесный, таковы и небесные. И как мы носили образ перстного, будем носить и образ небесного». Первая мысль утверждает, что мы уже теперь небесные. Вторая — что мы, хотя мы небесные, ещё не носим образ небесного, но становимся им. Какое это освобождение от мистицизма! Мистицизм — это только стремление сердца к тому, чтобы почувствовать в себе то, что ему нравится. Но вера отвергает это созерцание самого себя и принимает истину Божью. Это могло бы быть тайной. Но тайна раскрыта, и Бог через силу Святого Духа сделал её реальностью, понятной для нас, так как Бог решил это по Своей собственной благодати, осуществил и полностью сообщил нам это во Христе.

Таким образом, вы видите, что переход через Иордан, в сущности, отличается от перехода через Чермное море. У Чермного моря даже для детей израилевых был посох, посох суда и власти, принесший египтянам погибель. Кроме того, не было воздвигнуто никаких постоянных памятников. Если же мы перейдём к Иордану, то мы, напротив, увидим двоякий памятник. Двенадцать камней были поставлены на дне реки, там, где стояли ноги священников, а двенадцать других камней были взяты со дна и принесены на Галгал.

Это напоминает нам о другом факте, прекрасным образом связанном с посланием к Колоссянам. Когда израильтяне перешли через Чермное море, обрезание, символ смерти плоти, ещё не было введено. Но когда они перешли через Иордан, они совершили это действие. Обрезание гласит: плоть умерщвлена. Это ещё одна причина того, почему общепринятое учение по этому вопросу не может быть истинным, так как если мы умерли и взошли на небеса, то больше нет никакой плоти, которую следовало бы умертвить. Это поясняет, почему самоосуждение у большинства из тех, кто любит Господа, так слабо. Они знают Агнца и пролитую Им кровь. Они искренне признают, что избавлены от Египта и приведены в пустыню, однако не признают своего небесного положения в Нём. Вследствие этого они не знают также Галгал, где обрезанные сбросили с себя позор Египта.

Когда дети Израилевы перешли Иордан, они воздвигли два памятника — знак смерти и знак воскресения. Вместе с тем они показали, что смерть во всех отношениях уже имела место. Но потому плоть должна быть теперь удержана в смерти. Ничто не даёт душе такого ощущения конца плоти, полного суда над ней, но также проистекающего отсюда утешения, как сознание того, что через смерть и воскресение мы приведены в наше истинное положение перед Богом. Вследствие этого Святой Дух в послании к Колоссянам говорит не только о крещении, но также: «В Нём вы и обрезаны обрезанием нерукотворенным, совлечением греховного тела плоти, обрезанием Христовым» (гл.2,11).

В следующей главе мы читаем: «Умертвите земные члены ваши». Таким образом, мы имеем здесь двоякое толкование. По книге Иисуса Навина, израильтяне сначала были обрезаны, а после того они должны были, куда бы они не последовали, вновь и вновь возвращаться на Галгал. Это соответствует призыву постоянно держать плоть в умерщвлении, и это основано на том факте, что мы обрезаны раз и навсегда. Наше обрезание произошло тогда, когда Бог осудил нашу природу в смерти Христовой, но на основании этого мы должны умерщвлять наши члены. Если Бог уже осудил плоть, то я, как христианин, призван к тому, чтобы занять сторону Бога против моей собственной злой природы. Я призван заботиться о непосредственном общении с Богом, осуждая всё то, что не соответствует Ему. Таким образом, вы видите, что этот образ имеет непосредственное наставление для сердца. Это вовсе не голая теория, нет, оно чрезвычайно практично. Я не сомневаюсь в том, что это является причиной того, почему столь многих отпугивают образы Чермного моря и Иордана. Многие хотели бы иметь уверенность в том, что они находятся в безопасности от суда. Но Бог желает поставить их в отношения с тем, что занимает Его собственное сердце. Он даёт мне небесное положение, чтобы я помышлял о том, что наверху, так как Он желает, чтобы мои помыслы определялись этими новыми небесными вещами, которые находятся там, где Христос.

И какое утешение, возлюбленные братья, что мы посреди общей суеты этого мира обращаемся сердцем и духом к тому истинному, что никогда не прейдёт! Пусть же наши сердца будут заняты тем, что ценно в очах Божьих! Мы вполне можем заниматься другими вещами, которые являются нашей обязанностью, но как только мы превращаем их в цель нашего сердца, то мы полностью выпускаем из виду помыслы Бога. При этом не играет никакой роли какое это дело. Возьмём, к примеру, делового человека. Есть решающее различие в том, делает ли он просто то, что поручил ему Бог, или же он делает то, что ему нравится и доставляет радость, желая добиться благодаря этому уважения или богатства. Если же именно так обстоит дело, то я делаю этот мир практически местом своих наслаждений. Я больше не рассматриваю его как пустыню, не говоря уже о том, чтобы поступать как тот, кто связан со Христом в небесных местах. Если же я, с другой стороны, утверждаю, что уже теперь я являюсь небесным человеком, то я делаю всё, что Бог поручил мне делать, что бы это ни было.

Далее, в Еф. 5 и 6 гл., мы находим все эти земные узы, которые вполне могут быть отношениями небесных мужчин, женщин и детей. Но единственно действенная сила для того, чтобы хорошо поступать здесь на земле, состоит в осознании того, что я небесный человек. Я не только освобождён, но уже теперь поставлен в небесные отношения со Христом. Если я не учитываю всё это, то как могу я соответствовать тому положению, в котором я нахожусь?

Вообразим себе, что член царской семьи некоторое время скрыто путешествует в какой-либо чужой стране. Хотя он скрывает своё величие, однако он сознаёт его в своём сердце. Королева Англии могла путешествовать по континенту под именем герцогини Кентской, однако внутри она сознавала, что она повелительница державы, в которой никогда не заходит солнце (написано в 19 веке — прим. пер.). Так обстоит дело и с христианином. Мир не знает его положения. Он считает фантазией слова о небесных людях здесь, на земле. Но мы знаем не только наше положение, мы знаем также, что мир подлежит суду Господа и что достаточно лишь дуновения Его уст, чтобы на этот мир обрушился суд. Мы знаем, что Господь Иисус готов судить живых и мёртвых.

От какой же малости зависит суд над этим миром! Но для нас, которые веруют, суд навсегда позади — я имею ввиду суд Бога против нас. Этим самым я не хочу сказать, что все наши пути не откроются перед судилищем Христовым. Там мы все явимся, но только не как виновные. Если Христос ввёл нас в благоволение Божье, то мы Его не потеряем, когда воскреснем и будем прославлены.

Я настоятельно прошу вас твёрдо усвоить эту драгоценную истину. Вы перешли через Иордан столь же реально, как и через Чермное море. Вы вспоминаете не только о том, что вы скитальцы, но также о том, что вы имеете живую связь с небесами. Считайте же небеса вашей собственной родиной! Пустыня — это только временное место остановки, но небеса — это наше место жительства. Замысел Бога привести нас на небеса был составлен до основания мира. Мир — это мир греха, потому и ставший пустыней, так как без греха не было бы пустыни. Но Бог из Своей благодати избавил нас от наших грехов и провёл нас в духе через эту пустыню. В сущности мы ещё имеем в себе грех и влачимся по пустыне. Но, согласно положению, как таковому, будучи соединенными со Христом, мы свободны от того и другого. Пусть же Бог сподобит нас в Своей благодати полнее постичь эти истины и жить в их силе!

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий
Войти с помощью: 

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: